Мажилис Казахстана одобрил закон «О масс‑медиа», который позволяет отказать иностранным СМИ в аккредитации
Новость
17 апреля 2024, 17:04

Мажилис Казахстана одобрил закон «О масс‑медиа», который позволяет отказать иностранным СМИ в аккредитации

Нижняя палата казахстанского парламента на заседании 17 апреля одобрила во втором чтении проект закона «О масс-медиа». Согласно ему, МИД Казахстана сможет отказать иностранным СМИ в аккредитации «в случае угрозы национальной безопасности», пишет «Власть».

Принятый законопроект также устанавливает запрет на работу иностранных СМИ и их журналистов без аккредитации. Также для приостановки деятельности таких изданий больше не понадобится решение суда.

Кроме того, документ объединяет сетевые медиа и информационные агентства в единое понятие «интернет-издание». Если законопроект примут в Сенате и его подпишет президент, то все онлайн-издания будут считаться СМИ и подлежать регистрации; ранее для них она была добровольной.

Еще одна норма предусматривает, что с 2025 года программы на казахском языке должны занимать не меньше 55 процентов от эфирного времени, а с 2027 года — не меньше 60. Одновременно с этим должна сократиться доля иностранного контента на радио и телевидении с 20 до 10 процентов.

Среди других изменений, одобреных парламентариями, — сокращение сроков ответа на журналистский запрос до пяти рабочих дней. Мажилис Казахстана также согласился уменьшить и сроки исковой давности к СМИ с трех лет до одного года.

Законопроект «О масс-медиа» был вынесен на общественное обсуждение в феврале 2023 года и вызвал бурную реакцию в журналистском сообществе Казахстана. С тех пор в него неоднократно вносили изменения: одна из наиболее существенных поправок появилась в январе 2024 года и касалась вопросов аккредитации иностранных СМИ.

В том же месяце радио «Азаттык» подало иск к казахстанскому МИДу из‑за отказа аккредитовать 36 сотрудников редакции. Издание обратилось к чиновникам с просьбой продлить истекающие и выдать новые документы журналистов в сентябре и октябре 2023 года, но вместо положенных по закону двух месяцев ответ ведомства по существу пришел только в конце января этого года.