«Эта зона для нерусских». Узбекистанец рассказал о многолетних пытках и унижениях в ИК‑6 под Владимиром
Мадина Куанова
«Эта зона для нерусских». Узбекистанец рассказал о многолетних пытках и унижениях в ИК‑6 под Владимиром
11 158

Жобир Жураев. Фото: кадр из видео, предоставленного его отцом

27-летний узбекистанец Жобир Жураев уже семь лет отбывает наказание в ИК-6 Владимирской области России. По его словам, последние четыре года над ним издеваются сотрудники колонии и подконтрольные администрации заключенные: его избивают, угрожают изнасилованием, морят голодом, унижают. Жалобы в прокуратуру и СК не приносят никаких результатов. «Медиазона» рассказывает историю узбека, оказавшегося в пыточной российской колонии.

«Робин Гудом хотел быть»

В 2015 году, когда Жобиру Жураеву исполнилось 20 лет, он уехал из родного Алатского района Бухарской области на заработки в Москву. Повар по образованию, в Москве он работал на стройках. В том же году его задержали полицейские, и он получил 11,5 лет колонии за вымогательство и похищение документов. С тех пор узбекистанец находится в колонии строгого режима №6 в поселке Мелехово Владимирской области.

Дело узбекистанца рассматривал Домодедовский горсуд Московской области. В приговоре было сказано, что Жураев вместе с двумя сообщниками «совершил разбой в целях хищения чужого имущества, угрожал насилием, с использованием оружия, с незаконным проникновением в жилище».

По версии суда, Жураев и его подельники ворвались в квартиру, где жили секс-работницы из Узбекистана. Мужчины, угрожая ножом и ножницами, вымогали у них деньги за возможность работать. Жураев отобрал у девушек телефоны, паспорта и золотые украшения. В суде он признал вину лишь частично. По словам Жураева, он хотел отправить девушек обратно в Узбекистан, потому что считает «проституцию позорным занятием».

Отец Жураева Ботир Бозоров описывает сына как «доброго в душе человека». «Он мусульманин, не курит, но сейчас уже курит, там [в колонии] такое положение. Один, один раз ошибся! Все могут ошибаться. Я когда был на длительном свидании, удивился: он все суры наизусть знает, пять раз в день молитву читает, — рассказывает Бозоров. — Ну, Робин Гудом хотел быть».

«Член достает, говорит, что сосать будешь»

Отец узбекистанца и адвокат Юлия Чванова рассказывают, что в колонии Жураев постоянно подвергается пыткам и издевательствам. Чванова впервые посетила Жураева в колонии осенью 2019 года. Там она сняла с подзащитным видео с его рассказом об избиениях.

«Мне спокойно сидеть не дают. Сами провоцируют, сами избивают сотрудники. Вызывают в штаб, в штабе избивают, закрывают, завязывают руки, ноги. Без еды держат, дают таблетки. После таблеток невозможно разговаривать. Так держат сутками. Постоянно говорят, [что я] "чурка, нерусский"», — говорил заключенный, показывая следы от ударов палками на спине.

На записи Жураев называет имена сотрудников и осужденных «активистов», которые, по его словам, причастны к пыткам.

Защитница подала заявление в Следственный комитет, где отмечала, что на спине у Жураева остались синяки желтого цвета. Чванова потребовала проверить информацию об избиении заключенного и возбудить уголовные дела по статьям о превышении и злоупотреблении должностными полномочиями.

Синяки на спине у Жобира Жураева. Фото: кадр из видео, предоставленного его отцом

«Когда я вышла с этой видеозаписью, они (сотрудники колонии — МЗ) мне говорят: "Он упал с кровати". Они все время хотят выставить его каким-то сумасшедшим, что у него не в порядке все с головой, что он отрицательный. Я очень много работаю с осужденными, Жобир никак не относится к группе отрицательной направленности. Законные требования администрации он выполняет все. Я подала заявление в СК, в прокуратуру, я приложила эту видеозапись. Колесо тогда запустилось», — вспоминает защитница.

По словам Чвановой, ведомство проводило проверку ее заявлений, но когда к Жураеву пришел следователь, тот не стал жаловаться. Потом Жобир, как утверждает Чванова, отказался от всех показаний. Когда она приезжала к нему на встречи, тюремщики выносили заявления, что подзащитный отказался от свидания. Его отец передал адвокату, что сына запугиваниями заставляют подписывать отказ.

«Я поехала все-таки к Жобиру. Он рассказал, что его пытали, ему угрожали. Последний раз он мне рассказал, что его поместили в безопасное место, где вообще нет никаких условий. Там бегают крысы, пересаливают пищу, ему не дают положенные вещи. Физическую силу к нему не применяют, но он боится за свою жизнь», — подчеркивает адвокат.

Пятна на теле Жураева. Фото: кадр из видео, предоставленного его отцом

На одном из видео, оказавшихся в распоряжении редакции, Жобир демонстрирует пятна на плечах, спине, задней поверхности бедер и на щиколотках. Эти следы круглой формы желтого и коричневого цветов. Он утверждает, что это следы от ударов палками, обрезками трубы.

По словам защитницы, в настоящее время Жураева оставили в покое, и он круглые сутки находится под видеокамерами.

«Убивают твоего сына»

В 2020 году отец Жураева Ботир Бозоров приехал в Москву. В Узбекистане он оставил пожилую жену и двоих детей. Бозоров пытается остановить издевательства над сыном и трудится на стройке, чтобы оплачивать работу адвоката. Он боится, что не доживет до освобождения сына.

Со слов сына Ботиров говорит, что в феврале Жобира заставили стоять на морозе в белье, после чего он порезал себе вены.

«Я нормально не могу работать, мне 52 года. Мне все время пишут и звонят какие-то люди из тюрьмы и рассказывают, что сына бьют, издеваются над ним. Один пожилой мужчина звонил и говорит: "Ты какой человек, убивают твоего сына. Неужели не можешь помочь?". В интернете я читал, одного армянина убили, а он с моим сыном сидел. Жобир видел, как его избивали. Всю вину свалили на фельдшера, а фактически его избивали, пытали», — рассказывает отец.

«Куда я только не писал: во ФСИН, в Генеральную прокуратуру, в аппарат президента. Отовсюду отвечают: такого происшествия нет. В посольстве Узбекистана мне вообще сказали: "Ну, в тюрьме нелегко же". Я знаю, что нелегко, но до смерти избивают! Что они за нацисты», — возмущается Бозоров.

Мужчина не оправдывает сына, он просит лишь дать ему спокойно отсидеть срок. Он предполагает, что для перевода Жобира в другую колонию нужно заплатить большую взятку или иметь влиятельных родственников в Москве. Ни того, ни другого у него нет.

Отец Жураева Ботир Бозоров. Фото: Мадина Куанова / Медиазона

«Здесь еще проблема в деньгах. Кто заплатит, тот будет жить. Мне один раз пришлось. Через кого-то отправил тысячу долларов, но стало даже хуже. Сыну не передают мои письма, мои посылки. Я ему хорошие вещи отправляю, курдюк, [медицинские] маски. Ему только одну маску дали», — говорит Бозоров, на протяжении всего разговора сжимая кулаки.

«Он был в синяках и отбиты почки, мочился кровью»

В июне с Бозоровым связалась женщина, представившаяся матерью бывшего заключенного ИК-6, но не назвавшая своего имени. Она утверждала, что ее сын знал об избиениях Жураева, поэтому попросил передать отцу узбекистанца письмо.

В нем, в частности, описываются систематические пытки узбекистанца со стороны как сотрудников ФСИН, так и «активистов» начиная с 2017 года. Кроме того, в анонимном письме упоминаются незаконные взыскания, которые «вешают» на Жураева.

Руководитель организации Yordam правозащитник Бахром Хамроев, занимающийся делами мигрантов из Центральной Азии, начал помогать Жураеву в 2021 году. Он обратился в Европейский комитет по предупреждению пыток (ЕКПП) с просьбой проверить ИК-6, возбудить дело против России, расследовать издевательства над Жураевым и другими заключенными этой колонии.

Секретариат Комитета ответил, что информация о Жобире Жураеве доведена до сведения всех членов ЕКПП и «будет учтена в ходе диалога с российскими властями, а также при планировании будущих визитов ЕКПП в Российскую Федерацию». Теперь Хамроев готовит обращение в Европейский суд по правам человека.

«Медиазона» направила во ФСИН запрос с просьбой прокомментировать сообщения о пытках узбекистанца. На момент публикации материала ответ не поступил.

Дневник из колонии

Бахром Хамроев передал «Медиазоне» записки Жураева из колонии, где он, обращаясь к отцу, описывает случаи издевательств с датами и именами участвовавших сотрудников колонии и «активистов». Дневники написаны на узбекском языке, в написании имен и фамилий возможны неточности.

31 июля 2021 года. «Отец, если я умру, то умру здесь от рук милиционеров, они добавляют мне в еду лекарства с 2020 года. Милиция заставила меня отказаться от своих показаний.

Таратин Роман Викторович, Степанов Михаил Львович, Морковкин Николай Николаевич, Маркеев Артем Алексеевич, Краснов Дмитрий Александрович, Фомин Юрий Александрович. Хаветский Алексей Викторович, Черничкин Егор Дмитриевич, Дулдаев Билол Дикалаевич. И остальные милиционеры из управления, я не знаю их имен.

Они приходят из управления и угрожают мне. Говорят, что нассут на меня. Отец, если они будут насиловать меня, я убью себя, лезвием порежу себя, если у меня не останется выбора. Они постоянно мучают меня, говорят "нерусский", "откажись от адвоката", когда адвокат ко мне приходит. В 2017 году они заставили меня заплатить и я два раза заплатил: 40 тысяч рублей и 10 тысяч рублей. А именно Степанову, Таратину и Морковкину.

Страница со следами крови из дневника Жураева. Фото: предоставлено правозащитником Бахромом Хамроевым

Эти милиционеры перевели меня в психиатрическую больницу. Амадаев Муса Увайсович, чеченец в лагере самый главный козел, отец. В феврале меня перевели в психиатрическую больницу, мне делали уколы, хотели меня убить.

04.04.2017, 30.05.2017, 09.11.2017, 01.10.2017, 06.04.2018, 28.06.2018, 03.01.2019, 23.03.2019, 02.08.2019, 08.08.2019, 05.11.2019, 04.06.2021. Отец, в этих числах меня мучили милиционеры, а именно Степанов, Маркеев, Морковкин, Дулдаев, Краснов».

2 августа 2021 года. «15.04.2020, 07.05.2020, 24.05.2020 — 26.05.2020, 01.06.2020, 08.06.2020, 09.10.2020, 14.10.2020, 29.10.2020, 31.12.2020, 26.01.2021, 10.02.2020.

Отец, в этих числах они меня заставляли отказаться от адвоката, заставили насильственно, и ссали на меня, а именно Фомин, Маркеев, Морковкин, Краснов, Саакян, Дулдаев, Черничкин — вот эти милиционеры заставили меня отказаться от адвоката. Имя адвоката Чванова Юлия Сергеевна.

Отец, они постоянно меня заставляют повеситься, говорят покончить с собой, мне надоело так жить, я больше не могу такое терпеть. Милиционеры высовывают свои члены, ссут на меня и снимают это на видео, заставляют говорить на камеру непристойности. И говорят, если еще раз вызову адвоката, то покажут это видео другим заключенным. Отец, мне надоело так жить, лучше умереть».

4 августа 2021 года. «Отец, милиционеры постоянно оскорбляют меня: "узбекский гандон", "пидарас", "люди из Средней Азии приезжают в Россию отсосать". Мне надоело такое выслушивать. Вот эти милиционеры так говорят: Степанов, Таратин, Краснов, Морковкин, Хаветский, Фомин, Черничкин, Дулдаев, Саакян.

Отец, это письмо я написал своими руками, Жураев Жобир Ботирович».

5 августа 2021 года. «Отец, мне нацепили провода на ноги и член, и били током, я два месяца писал кровью.

Мне в еду добавляют лекарства, постоянно незаконно закрывают в ШИЗО. Милиционеры говорят: "Эта зона для нерусских, как хотим, так и будем издеваться. Захотим — убьем, захотим — изнасилуем". Постоянно так говорят, отец, мне надоели эти мучения. Отец, если я умру, не поминай лихом. Жобир».

6 августа 2021 года. «Отец, меня перевели в психбольницу. Заставили написать, что я больной. На самом деле я здоров, мне пришлось так написать, чтобы меня прекратили мучить. Мне сказали, либо я пишу, что болен, либо убиваю себя. Поэтому написали, что я больной. Такие дела, отец. Жобир.

Отец, тут убивают людей. Одного убили перед моими глазами в июле 2018 года, Авакумян Гор. В 2019 году еще двоих убили и меня убьют, отец.

Отец, в 2017 году милиционеры меня били, повесили на меня крестик, мочились на меня и сказали, что я теперь христианин. Связали мне руки и ноги, 15 дней не давали хлеб, мне пришлось подписать их бумагу. Вот их имена: Степанов, Морковкин, Хаветский, Краснов».

Перевод: Азиза Джураева

Раз в неделю наши авторы делятся своими впечатлениями от главных событий и текстов

Ещё 25 статей