Сосед, знакомый, партнер. Кого и как судят за изнасилования в Кыргызстане — исследование «Медиазоны»
Айсымбат Токоева
Сосед, знакомый, партнер. Кого и как судят за изнасилования в Кыргызстане — исследование «Медиазоны»
4 268

Иллюстрация: Арина Истомина / Медиазона

В Кыргызстане тема изнасилований обычно замалчивается, а вину за них часто перекладывают с насильника на пострадавшую. Изучив доступные в базе Верховного суда приговоры по делам об изнасиловании и судебную статистику за последние 10 лет, «Медиазона» и «Клооп» выяснили, что указанные преступления чаще всего происходят у жертвы дома, их совершают знакомые или близкие, а каждое третье дело прекращается в суде из-за примирения насильника и пострадавшей.

Поздним вечером Наргиза шла мимо остановки в жилмассиве Ак-Ордо-2 на окраине Бишкека. К ней подошел незнакомец, приставил к горлу нож, завел в недостроенный дом и там изнасиловал. Суд приговорил насильника к 9 годам лишения свободы.

Кажется, что именно так и происходит большинство изнасилований — неизвестный нападает на улице на беззащитную женщину. Чтобы проверить это ощущение, «Медиазона» и «Клооп» проанализировали данные о приговорах за изнасилования за последние шесть лет — и выяснили, что кыргызстанок чаще всего насилуют их знакомые или даже родные, преступления обычно совершаются дома у жертвы, каждой пятой из них еще нет 18 лет. И что наказание насильник часто не получает, даже если милиция доводит расследование до конца — каждое третье дело прекращается уже в суде.

Кыргызстанок чаще насилуют их знакомые

Исследование судебных приговоров показало, что только в одном из пяти случаев изнасилований преступник не был знаком с пострадавшей.

Насильник обычно выбирает жертву из числа знакомых женщин, которые к тому же находятся в уязвимом положении: это ребенок или подросток (32 дела), женщина в этот момент дома одна (20 дел) или вообще живет в одиночестве (7 дел), она пьяна (12 дел) или у нее инвалидность (5 дел).

К примеру, ранним утром в сентябре 2017 года пьяный житель села в Баткенской области возвращался домой со свадьбы. Зная, что старший брат уехал в Россию на заработки, и его жена Айгуль осталась одна с маленькими детьми, Болот, как сказано в приговоре, «зашел к ней домой с целью удовлетворения своих мужских потребностей, то есть изнасилования».

Дверь он открыл своим ключом. Айгуль вспоминала, что проснулась в четыре утра от стука во входную дверь. «В комнату зашел некий мужчина, светя фонариком от телефона, — пересказаны ее показания в приговоре. — Она подумала, что это ее супруг. Но мужчина без слов схватил ее за горло и повалил на землю вниз лицом на землю. Она сопротивлялась, но он одной рукой держал ее за горло, а второй снял штаны, чтобы изнасиловать».

Она стала кричать сыну, чтобы тот позвал соседей. Мальчик выбежал на улицу. Айгуль продолжила кричать и звать на помощь. Насильник испугался и убежал. В суде Болот признал вину, его приговорили к трем годам лишения свободы.

Как правило, назначенный судом срок выше. Минимальное наказание за изнасилование совершеннолетней — 5 лет, несовершеннолетней — 10 лет лишения свободы. Среди изученных нами приговоров нашлись восемь осужденных на пожизненное, средний срок — 9,5 лет. Почти всегда это реальное лишение свободы (условный срок был только в четырех приговорах).

Иллюстрация: Арина Истомина / Медиазона

Каждая пятая жертва — несовершеннолетняя

По оценке ЮНИСЕФ, примерно каждая десятая девушка в возрасте до 20 лет сталкивалась с принуждением к сексу — как правило, со стороны знакомых и своих партнеров.

В каждом пятом из изученных «Медиазоной» дел пострадавшая от изнасилования — девочка или подросток.

При этом далеко не всегда в Кыргызстане подобные случаи регистрируются и расследуются милицией. Например, 26-летняя Альмира с ДЦП рассказала о сексуальном насилии со стороны членов семьи, которое началось с подросткового возраста — но милиция отказала в возбуждении дела. Правозащитники из союза людей с инвалидностью «Равенство» эвакуировали девушку из семьи в Джалал-Абадской области и поселили в Бишкеке.

«Девочка была закрытая, как зверек. Она с двух лет жила в изоляции, не выходила из дома, а семья пользовалась ее пособием по инвалидности. Мы подключили психолога, и Альмира открылась и рассказала, что дедушка насиловал ее с 16 лет, а потом подключился дядя», — рассказывает глава «Равенства» Гулмира Казакунова.

Милиция в Джалал-Абадской области объяснила свой отказ отсутствием оснований для возбуждении дела. «Они провели осмотр местным гинекологом и заключили, что она девственница, — рассказывает Казакунова. — В Бишкеке мы с кризисным центром "Сезим" нашли специалиста, который провел осмотр и заключил, что насилие было».

Почему среди осужденных насильников мало партнеров

Сексуальное насилие со стороны партнера редко встречается в изученных нами приговорах — всего 11 случаев на 137 решений судов. Если исходить из оценок Всемирной организации здравоохранения, таких случаев может быть больше.

Адинай Жапаралиева из кризисного центра «Шанс» объясняет такое небольшое количество уголовных дел тем, что женщины стыдятся обратиться в милицию с заявлением на своего мужа или парня: «У нас не принято говорить, что у замужних женщин может быть факт изнасилования со стороны супруга. Если жена пойдет и напишет заявление в правоохранительные органы, то они ее обсмеют. Еще вдобавок скажут, что это был ее супружеский долг».

Именно супруги, по словам правозащитницы, зачастую «извращенно» насилуют жен — с применением физического и психологического насилия: «Бывали случаи, когда женщину насиловал муж бананом. Как она может о таком рассказать в милиции?».

Большинство изнасилований происходит дома у жертвы

Дом принято считать безопасным местом, но для жертв изнасилования это не так — больше чем в трети приговоров преступление было совершено дома у пострадавшей.

Так случилось с Жазгуль из села в Таласской области, которая жила одна. Ее односельчанин Бакай всю ночь выпивал с друзьями, а с рассветом пришел к ней в дом.

«Я проходил мимо дома Жазгуль, которая мне раньше нравилась, — признавал Бакай в суде. — Я увидел свет в окне ее дома, мне пришла в голову дурная мысль — изнасиловать ее. Я снес электрический счетчик, чтобы выключить свет в доме, перепрыгнул через забор и вытащил из дома Жазгуль, потом попытался изнасиловать ее».

Жазгуль вспоминала, что насильник сначала пытался попасть в дом, сняв сетку с окна, но не смог и подошел к задней двери. Удержать дверь женщина не смогла. Ворвавшись внутрь, Бакай ударил ее несколько раз по голове и сломал телефон, чтобы жертва не могла позвонить и позвать на помощь.

«После чего он насильно снял с нее халат, порвал бюстгальтер, — описывается дальнейшее в решении суда. — В то время, как он совершал насильственные действия, к забору дома кто-то подошел на помощь. Бакай, увидев свет от телефона у забора, сбежал с места преступления».

Но осужден Бакай так и не был — суд вынес решение о прекращении дела в связи с тем, что сама пострадавшая отказалась от претензий к насильнику. Суд обязал его только возместить материальный ущерб — заплатить за поврежденные сетку и счетчик.

Это нередкий случай в Кыргызстане — значительная часть дел об изнасилованиях прекращается или в суде, или еще на стадии следствия.

Иллюстрация: Арина Истомина / Медиазона

Каждое третье дело прекращается в суде в связи с примирением

Число возбужденных после изнасилований уголовных дел в Кыргызстане резко выросло с принятием новой редакции Уголовного кодекса в 2019 году — это связано с изменениями в законах и появлением Единого реестра проступков и преступлений.

Теперь каждое заявление регистрируется в реестре, и милиция обязана начать расследование — досудебное производство. Так, в 2011 году, по данным Генпрокуратуры, возбудили 331 дело, а в 2020 году — уже 673 дела. Вместе с этим резко выросло и число прекращенных дел — если раньше прекращались по 50-60 дел в год, то в 2020 году их было уже 586.

В конечном итоге число переданных в суд дел на насильников не только не растет, но год от года постепенно снижается.

Суды тоже часто прекращают дела об изнасилованиях. По статистике Верховного суда, за последние десять лет суды Кыргызстана рассмотрели более 2 786 таких дел и прекратили дела против 1 009 обвиняемых — больше трети (еще 85 человек были оправданы).

Изученные «Медиазоной» приговоры тоже показывают, что примерно каждое третье дело в суде прекращается — почти всегда это связано с примирением сторон. К похожим выводам пришло и исследование ПРООН.

Прекращать дело из-за примирения (и еще по 13 другим основаниями) позволяет статья 26 УПК КР. А значит, обвиняемые всегда могут договориться с жертвой и избежать наказания, отмечает юристка Фатима Якупбаева. Более того, говорит она, милиция может прекращать расследование дела об изнасиловании просто на основании встречного заявления совершеннолетней потерпевшей. И нередко женщины его пишут.

Жертвы изнасилований подвергаются «колоссальному давлению» от родственников обвиняемых и даже правоохранительных органов, объясняет эту тенденцию специалистка кризисного центра «Шанс» Адинай Жапаралиева.

«В первую очередь женщина сталкивается с виктимизацией и недоверием со стороны правоохранительных органов, — говорит правозащитница. — Следователи начинают спрашивать: "Что она там делала? Почему была с малознакомым парнем? В чем была одета?". А как только обвиняемого закрывают в СИЗО, тут же налетают его родственники: начинают преследовать пострадавшую, звонить, приходить к ней домой, угрожать и вламываться в ее дом».

Бюрократия и судебный процесс, который может длиться годами, тоже изматывают жертв изнасилования, добавляет она: «За время [разбирательств] пострадавшая устанет морально и физически так, что она хочет отделаться от этих людей, просто оставить заявление [об отказе от претензий] и все закончить».

Автор: Айсымбат Токоева

Контрибьюторы: Азиза Раимбердиева, Мундузбек Кылыков («Клооп»)

Инфографика: Кирилл Хейфец

Редактор: Егор Сковорода

Дата-редакторы: Андрей Дорожный, Егор Сковорода

Раз в неделю наши авторы делятся своими впечатлениями от главных событий и текстов

Ещё 25 статей