«Ментовской ребенок» от надзирателя. Токаев помиловал казахстанку, которая родила дочь после изнасилования в СИЗО
Дария Женисхан
«Ментовской ребенок» от надзирателя. Токаев помиловал казахстанку, которая родила дочь после изнасилования в СИЗО
5 781

Наталья Слекишина. Кадр: TENGRI TV / YouTube

2 августа президент Казахстана Касым-Жомарт Токаев помиловал осужденную за разбой Наталью Слекишину, которая после изнасилования в СИЗО родила от надзирателя дочь. Казахстанке удалось добиться наказания для насильника — в итоге он получил девять лет колонии. «Медиазона» вспоминает обстоятельства этой истории.

СИЗО

О деле Натальи Слекишиной стало широко известно в 2016 году, когда телеканал КТК выпустил репортаж о заключенной, обвинившей четырех сотрудников СИЗО при колонии ЛА 155/18 в групповом изнасиловании. От одного из них, уверяла женщина, она родила дочь Назиру. Слекишина пыталась добиться расследования и раскрыла журналистам имена и должности насильников.

«Сотрудник Руслан — опер, Бауыржан — начальник режима, Лазизбек — постовой, и Бауыржан — старшина», — перечисляла она на камеру, держась за ручки детской коляски.

На тот момент Слекишина отбыла уже год из своего восьмилетного срока за разбой — сначала в таразской колонии, потом, по этапу, в ЛА 155/18 под Алматы. Осужденная утверждала, что жалобы на многократные изнасилования — с того момента, говорила она, ее изнасиловал еще и старший оперуполномоченный Руслан Хакимов, — начальник колонии не принимал. Из-за этого расследование по изнасилованию Слекишиной началось только в октябре 2016 года, после появления на свет ребенка и спустя два месяца после того, как она впервые рассказала о насилии руководству колонии.

Годом позже, в 2017-м, прокуратура Алматы начала расследование в отношении бывшего исполняющего обязанности начальника ЛА 155/18 Ермека Омарбекова по делу о бездействии на службе из-за сокрытия факта изнасилования Слекишиной. Омарбеков, утверждали прокуроры, выслушав рассказ заключенной, не зарегистрировал заявление и не начал служебное разбирательство, а во второй половине августа 2015 года отправил Слекишину на этап в Карагандинскую область, где выяснилось, что она беременна. Позже Омарбекова приговорили к пяти годам колонии.

В колонии Слекишина не чувствовала себя в безопасности — угроза, по ее словам, исходила не только от сотрудников учреждения, но и от сокамерниц, осуждавших ее за появление на свет «ментовского ребенка». 13 сентября 2016 года заключенная неожиданно отказалась от услуг своего адвоката Айман Умаровой. Последняя немедленно объявила, что ее подзащитной грозит опасность. «Я не исключаю, что есть давление, и не знаю, что она скажет», — разводила руками защитница.

Спустя три дня, 17 сентября 2016 года, Слекишина передала Умаровой записку со словами: «Мне угрожает последняя опасность — они заставили меня поменять показания». На следующий день заключенная объявила голодовку, но прекратила ее после визита прокуроров, пообещавших допустить к ней защитника.

Страна насильников

1 июля 2016 года экспертиза подтвердила, что отцом дочери Натальи Слекишиной был сотрудник колонии, однако в куцем пресс-релизе не называли его имени. Спустя две недели власти отчитались об аресте 37-летнего майора Руслана Хакимова — одного из надзирателей ЛА 155/18. Позже в суде выяснилось, что заключенная родила именно от него. Хакимову добавили еще одну статью обвинения — помимо статьи о насильственных действиях сексуального характера его заподозрили в пытках заключенной.

Подсудимый Хакимов настаивал, что Слекишина занималась с ним сексом добровольно. Прокурор запросил бывшему надзирателю десять лет колонии, суд назначил девять. Хакимова признали виновным по трем статьям Уголовного кодекса: 120 (изнасилование), 362 (превышение должностных полномочий) и 146 (пытки). «Наша страна теперь — страна насильников», — заключила адвокат пострадавшей Умарова.

Наталья Слекишина с дочерью. Фото: Tengrinews.kz

После оглашения приговора Слекишина объявила, что «удовлетворена» назначенным Хакимову наказанием и отметила, что создала прецедент своим делом. По ее словам, теперь другие жертвы насилия в изоляторах и колониях могут решиться рассказать о пережитом. «Потому что я не одна», — подчеркивала пострадавшая.

Впоследствии, летом 2019 года, Хакимова освободили условно-досрочно за примерное поведение. Уже в октябре суд Восточно-Казахстанской области решил вернуть его в колонию по ходатайству пострадавшей.

Самой Слекишиной после многочисленных жалоб и огласки удалось добиться нормальных условий содержания в колонии — в ее камере даже установили видеокамеру на случай, если сотрудники колонии попробуют снова вынудить ее отказаться от адвоката. «Наталья довольна, она сказала, что теперь не будет голодать, так как она кормящая мать, и это может повредить ребенку. Проблема действительно решилась, она увидела, что ее ситуацию контролируют. Те вопросы, которые были подняты, разрешились», — уверяла ее защитница.

Помилование

Дело Слекишиной действительно навело шуму в Казахстане. Журналисты искали ее сокамерниц, уверявших, что пострадавшая вела себя вызывающе и, «даже будучи беременной», красилась и демонстрировала глубокое декольте. Они были недовольны участившимися проверками — после начала следствия по делу Слекишиной власти обязали всех беременных заключенных писать объяснительные, указывая имя отца будущего ребенка.

История Слекишиной обросла слухами — ее обвиняли в том, что она забеременела от сотрудника колонии намеренно, чтобы не отбывать восьмилетний срок, говорили, что ее ребенка содержат трое оставшихся на свободе надзирателей, которых она обвиняла в изнасиловании.

Сама заключенная настаивала, что не требует досрочного освобождения, но попросила суд отсрочить отбывание наказание до момента, когда ее дочери исполнится 18 лет. Суд отказал. Затем женщина решила подать на алименты — по словам заключенной, ее дочь помогали содержать адвокат Айман Умарова и ее знакомая, отбывавшая наказание в изоляторе. В сентябре 2016 года суд обязал Хакимова выплатить заключенной 3 млн тенге — 8,9 тысяч долларов по тогдашнему курсу.

В декабре 2016 года Слекишиной все-таки предоставили пятилетнюю отсрочку от наказания, а в августе 2021 года, за пару лет до окончания срока, ее и вовсе помиловал президент Казахстана Касым-Жомарт Токаев. По мнению правозащитников, это говорит о том, что государство наконец признало факт насилия со стороны сотрудников правоохранительных органов.

Бывшая заключенная в интервью спустя год после полученной отсрочки рассказывала, что планирует уехать из Казахстана, потому что «столкнулась с государственной системой». «Не хочу, чтобы мои дети здесь росли. Здесь будущего у детей нет», — уверяла она.

Раз в неделю наши авторы делятся своими впечатлениями от главных событий и текстов

Ещё 25 статей